?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Те, кто осуждает сталинское правление, у нас в меньшинстве. Но самое удивительное, что тех, для кого этот режим — давняя и забытая история, еще меньше.

После 5 марта 1953-го прошло шестьдесят пять лет. То есть тем, для кого сталинская эра — живое воспоминание, сейчас семьдесят или больше. Подавляющее большинство сограждан знакомы с этими временами лишь понаслышке. И, казалось бы, деяниям Сталина пора уже слиться с прочими историческими событиями, которые люди одобряют или не одобряют, но никоим образом не считают частью своей сегодняшней жизни — с ленинским НЭПом, Цусимским морским сражением, Бородинской битвой и т. д.

Однако в реальности все иначе. Не стану цитировать опросы о любви или нелюбви к Сталину. Эти расклады условны. Безусловно другое: подавляющим большинством сталинизм воспринимается не как ушедшее прошлое, а как часть настоящего.

«Все люди, несмотря на прежний ужас и отвращение к его преступлениям, теперь признают за ним его власть, название, которое он себе дал, и его идеал величия и славы, который кажется всем чем-то прекрасным и разумным». Толстой написал это о Наполеоне, когда Францией правил его племянник и бонапартизм преподносился там как нечто сакральное. Сегодня наполеоновская усыпальница в Доме инвалидов — лишь одна из бесчисленных парижских достопримечательностей. Наполеона там не «выносили из Мавзолея». Просто времена изменились, и он стал частью прошлого.

Почему сталинизм — часть нашего настоящего?

Потому что его рекламируют власти? Но себя они рекламируют гораздо энергичнее. Не говоря о том, что они еще и горячо расхваливают царизм, однако народ вовсе не замирает в восхищении от рассказов о режиме последнего царя, хотя лично его, конечно, жалеет.

Может быть, не хватает закона о запрете пропаганды сталинизма? В интеллигентных кругах такое мнение довольно популярно — что к миллиону наших запретов надо для полной гармонии добавить еще и этот. Могу только пожать плечами. Сталинизм перенес уже несколько волн запретов, сносов памятников и умолчаний, однако живехонек. Значит, на то есть причины поглубже, чем избыточность квоты, выделяемой Сталину казенной пропагандой.

При этом надо отметить, что нигде Сталин не играет такой роли, как у нас. В остальных частях империи, которой он когда-то правил, будь то бывшие союзные республики или бывшие вассальные государства, сталинщина может быть или не быть частью государственной пропаганды (если да, то чаще негативной, но иногда и позитивной, как в Китае), однако всюду воспринимается массами как ушедшее прошлое.

Сегодняшний Сталин — это сугубо российский идеологический актив. То, что он не был великороссом и до конца дней говорил с акцентом, не имеет никакого значения. Он — феномен имперского, а не этнического сознания. Ключевая фигура метрополии, а не провинций.

С пониманием этого факта, назовем два уникальных деяния Сталина: создание империи, которой не было раньше и не будет впредь, и изобретение новаторского — другого слова тут не подберу — консерватизма, господствующего у нас и сегодня.

Первый из этих пунктов очевиден и не требует особых разъяснений. Сталин был победоносным главнокомандующим в войне с нацистской сверхдержавой. И Российская империя к концу его дней простиралась от Эльбы до Южно-Китайского моря. Суперпобеда и суперимперия. Это актуально у нас именно потому, что ничего подобного нынче нет и не предвидится. А во всем, что происходило в России после Сталина, не видят хоть сколько-нибудь сравнимых успехов, справедливо это или нет.

Что же до консерватизма, то именно Сталин и сталинцы придумали ту его необыкновенную версию, которая царит у нас сейчас. Это консерватизм без корней. Скрепы, соединяющие в единое целое множество стилизованных под старину новоделов.

Сталинисты говорят, что Сталин отменил большевистский интернационализм и восстановил прежнюю русскую жизнь, с ее традициями, религией и культурой. Это как бы подтверждается патриотической трансформацией госидеологии в 1930-е — 1950-е годы.

Надо только уточнить, что прежнюю русскую жизнь Сталин не восстановил, а разрушил до основания. После чего выстроил ее заново, руководствуясь своими о ней понятиями и с помощью новых, отобранных им людей.

Сталинизм как режим начинается с коллективизации, с уничтожения старого крестьянства. А тем временем в городах разгром НЭПа и индустриализация покончили не только с остатками предпринимательских слоев, но и с исторически сложившимися традициями кадровых рабочих и ремесленников.

Возвращение к патриотизму и самобытности, мощно проводившееся с начала и особенно с середины 1930-х, сопровождалось вовсе не реабилитацией и тем более не выдвижением носителей старых традиций, а наоборот — массовым истреблением бывших «белых», бывших гражданских активистов всех расцветок и даже части старорежимных специалистов, несмотря на всю их военно-промышленную ценность.

В середине 1930-х в СССР еще действовало около 20 тысяч храмов всех конфессий и насчитывалось 24 тысяч священнослужителей. К началу 1940-х их стало меньше соответственно в двадцать раз и вчетверо. Сталин именно тогда задумался об использовании религии для государственных нужд. Но старые церковные кадры в большинстве были ему не нужны.

В 1937-м — 1938-м он истребил старую номенклатуру, но на освободившиеся места выдвинул вовсе не «бывших», а партийную молодежь.

Патриотические фильмы, по которым у нас до сих пор судят о российской истории, принялись ставить бывшие авангардисты 20-х годов. Архитектурные объекты «классического» стиля на первых порах возводили в основном мастера старого закала, но почти все они еще задолго до этого стали частью советского культурного истеблишмента. А скоро подросла уже и чисто советская смена. В середине 1940-х родилась было идея «простить» и позвать обратно русских писателей-эмигрантов. Но от нее отказались почти сразу же. С изготовлением книг консервативного образца прекрасно справлялись собственные выдвиженцы при помощи переученных советских писателей ранних призывов. 

Так и возникла обращенная в прошлое сталинская цивилизация, настоящей стариной почти не интересовавшаяся, обрубившая корни и принципиально чуждая людям и общественным слоям, которые вели происхождение из подлинного прошлого.

Нынешний балаганный консерватизм — прямой и, я бы сказал, законный наследник того сталинского. Вспоминая, кем были в 1990-е его нынешние изготовители и пропагандисты, приходишь к мысли, что умение отрекаться от себя, рожденное когда-то в атмосфере сталинских ужасов, прекрасно продолжает существовать уже и без особых запугиваний, просто став частью натуры для очень многих.

Вот такой у нас сталинизм в новом издании. Империя была настоящей, и ностальгия по ней далеко не всегда притворна. А вот консерватизм и скрепность даже в первой своей версии были новодельными, а сейчас — пародия на пародию.

Надоест ли все это? Станет ли безвозвратным прошлым, не располагающим к пылким страстям? Предположительно, да. Но не уверен, что скоро.

Сергей Шелин



https://anatoligreen.dreamwidth.org/1952340.html
Buy for 10 tokens
Промо блок свободен абсолютно для всех

Comments

( 3 comments — Leave a comment )
livejournal
Mar. 7th, 2018 10:26 pm (UTC)
Здравствуйте! Ваша запись попала в топ-25 популярных записей LiveJournal центрального региона. Подробнее о рейтинге читайте в Справке.
chugunka10
Mar. 8th, 2018 01:53 am (UTC)
Вы не правы. Россия не выбирает тирана. Все заивисит от того как поставить вопрос. Да джугашвили популярен более чем другие, но большинство жить при нем не хотели бы. Тогда для чего им нужен джугашвили. А они хотят его для других, но не для себя. В этом проявляется эгоизм нашего народа. Токо они не понимает что если придет опять джугашвили плохо будет именно им.
anatoligreen
Mar. 8th, 2018 02:31 am (UTC)
Создать ИТК "СССР-2", где нибудь в горно-заводской зоне Урала, и реализовать там точную копию совка...

Особо ностальгирующих - туда.
Лет на 5.
Год от каждого десятилетия начиная с 30-х годов...
( 3 comments — Leave a comment )

Profile

кот
anatoligreen
AnatoliGreen

Latest Month

August 2018
S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner